11e869d7     

Матвеев Герман - Тарантул2



Герман Матвеев.
Тайная схватка. Тарантул 2.
1. СТРАННАЯ НАХОДКА
Трамвай переехал мост и затормозил на остановке. В наступившей тишине пассажиры
услышали далекий пушечный выстрел, вслед за ним свист и сильный удар. Второй...
Третий... Сидевшие в вагоне девушки перегля-нулись, а пожилая женщина медленно
согнулась и за-крыла лицо руками.
- Катя, закройся! Ударит рядом - стеклами глаза попортит, - сказала она дочери,
сидевшей напротив.
Где-то недалеко от остановки уличный репродуктор передавал пение. После третьего
разрыва он поперхнул-ся, и вместо женского сопрано раздался мужской голос:
- Внимание! Внимание! Говорит штаб местной про-тивовоздушной обороны. Район
подвергается артилле-рийскому обстрелу. Движение по улице прекратить! Населению
укрыться!
Новый снаряд ударил совсем близко. Трамвай, точно в испуге, рванулся с места и
полным ходом пошел вперед.
- Ой, девочки, мне осколок в карман прилетел! - пошутила Катя.
Анна Васильевна строго взглянула на дочь.
- Со смертью не шутят, Катя, - сказала она и сно-ва закрыла лицо руками.
Трамвай без остановок дошел до Песочной улицы. Здесь был уже другой район и
радио по-прежнему пере-давало музыку. Разрывы сюда доносились глухо и ско-ро
совсем прекратились. В ответ заговорили другие пушки.
- Это наши?
- Наши. Засекли, наверное.
Анна Васильевна выпрямилась и стала смотреть в окно. Какой это был оживленный и
людный проспект перед войной! А сейчас... Три пассажира неторопливо вошли в
вагон. По тротуару проходили одинокие пеше-ходы. После страшной зимы 1941/42
года, похоронив по-гибших от голода, отослав на Большую землю женщин с детьми,
стариков, инвалидов, Ленинград стал мало-людным, но более организованным. Город
готовился к решительной схватке.
Анна Васильевна ехала со своей бригадой на окраи-ну города разбирать на дрова
деревянный дом. На ко-нечной остановке все вышли и направились по дороге к
заливу. Навстречу изредка попадались нагруженные ве-щами или досками и бревнами
грузовики. На досках сидели перепачканные известкой женщины. Доски были оклеены
обоями всевозможных цветов.
Навстречу этим машинам группами шли люди с ло-мами, пилами и топорами.
Начинался второй год блокады, и Ленинград запа-сался топливом.
На повороте Анна Васильевна услышала звуки роя-ля. Кто-то неумело и наспех
сыграл «чижика», затем провел пальцем по всем клавишам, от самой низкой до самой
высокой ноты. Через несколько секунд «музы-кант» снова перебрал все клавиши, но
уже в обратном порядке. Свернув за угол, Анна Васильевна увидела в нескольких
шагах от дороги пианино, выставленное из разломанного дома, и редкий пешеход
удерживался от того, чтобы не свернуть в сторону и на ходу не провести пальцем
по всем клавишам.
Многие дома были уже сломаны. Бесхозные вещи аккуратно складывались тут же,
около дороги. Книжки, кастрюльки, рваная обувь, ведра, фотокарточки,
чер-нильницы, бутылки, примуса, лампы, картины... чего-че-го только тут не было!
В конце улицы бригаду встретил управхоз. Проверив ордер, он указал на высокий
дом с мезонином.
- Вот этот. Вы, девушки, железо на крыше не очень рвите. Железо новое, еще
понадобится.
- Железо нам не нужно, не увезем. А там никто не живет? - спросила Анна
Васильевна.
- В доме никого нет. А вещички выставляйте поак-куратнее и поближе к дороге.
Удобнее будет грузить. Все надо сохранить, - продолжал свои наставления
управхоз. Он снял фуражку, почесал за ухом и горько добавил: - Все мои домики
скоро растащат, одни печки останутся... Одно наз



Назад